вторник, 10 мая 2016 г.

Aффектация



Не знаю, отчего  у людей поезда  ассоциируются с романтикой, хотя, может, это только мне так не везет, но поезда, на которых езжу я, достаточно далеки от романтики. Видите-ли, запах в плацкарте, да, впрочем, как и в купе, не самый романтичный! Тут уж простите, но нельзя и не упомянуть храп соседей, не дающий спать,  их ноги, обтянутые грязными носками и выглядывающие в проход, толстого мальчика лет 12, пытающегося забраться на вторую полку, причем, так усердно стараясь это сделать, что брюки его спадают и всем зрителям видна обнаженная часть рубенсовских натурщиц (или фантазий), нельзя не упомянуть также и пассажиров, принимающих трапезу, которая состоит из дурно пахнущих колбас, сероводородных яиц и стопки водки, ну и конечно же 
не забыть проводника, предупреждающего весь вагон о том, что в 4 утра он непременно закроет туалет. Кстати, туалет принято считать сердцем заведения, так вот у поезда так себе сердечко, правда, стучит оно здраво, громко! Россия.. 
И вряд ли бы среди всей этой антиутопии я заметил б романтику, если бы не она, тихо сидевшая у окошка на боковушке, прикрытая белой простыней и читающая какую-то, судя по обложке, покушающуюся на заумное философское чтиво, книгу, а, может, это действительно было что-то стоящее, а не современная модная беллетристика – я, простите, без очков не разглядел. И, казалось бы, ничего не обычно, ну сидит и читает себе, но так она, черт возьми,  интеллигентно, изысканно, искусно перелистывала своими тонкими пальчиками страницы, что хоть картину с нее рисуй, ей-богу. Я, естественно, с ней не познакомился, но в памяти она моей осталась как не тронутая, еще не прочитанная книга, которую, вроде,  и взять с полки  боишься, но и отказаться от нее не можешь, жадничаешь дать другу почитать.
А позже я с ней все-таки встретился. Она такая легкая была, шла в воздушном белом платье, погруженная в исключительно свои мысли. Хотя, кто его уж там знает,  во что она была погружена – внешность обманчива. Но эта мысль почему-то не посетила мою голову во время нашей второй случайной встречи. Я ее остановил, там слово за слово, оказалось, она и вправду не была дурна собой, приятная на личико, если не брать в счет ее подбородок, как-то он странно выделялся у нее,  а вот глаза – блестящие. Нет, не в смысле блестели, а я имею в виду, что природа постаралась, они спасали ситуацию. Да и поговорить с ней всегда было о чем. В общем, так, у нас и завязался роман. К
ак-то мы отправились на море, и я  помню ее обгоревшие коленки, такие обноженные, манящие, лежавшие на белых простынях. И свои красные от солнце плечи, которые важно ютились на кресле возле кровати. Я читал ей свои стихи, один за одним. А она бледная, с распущенными волосами, обвернутая в          полотенце лежала рядом с гитарой, пару раз прочитывая мне Бродского. Ну, право, не атмосфера, а красота, честное слово. Мне казалось, про такое лишь пишут или в кино дешевых снимают, а оно, видите,  нет.. 

Да, тогда она была счастлива, как никогда еще в жизни, доселе, я видел. Но эта была наша последняя минута радости,  потому что 10 минут спустя мы здорово поругались и решили больше не искать встреч друг с другом. Поэтому, что ни говори, а поезда романтикой не пахнут, и даже если вагоны набить смазливыми девчонками, поезда все равно останутся поездами, отношения с которыми не долговечны. Садишься, доезжаешь до своей станции и выходишь, рвешь с ним окончательно. Другими словами, используешь, как шлюху. Только вот ощущения, конечно, разные..

1 комментарий: